Июльские интервью Криса Нормана
 
 
Интервью на радио “hr1” 02.07.2011
(ведущий – Werner Reinke)
 

hr1 ...Насколько я знаю, не так давно вы отмечали свой день рождения в весьма отдаленном месте...

— Да, это верно, так и было. О Боже, на момент моего 60-летия я путешествовал между двумя городами в России. И я находился в поезде, в русском поезде... (смеется)

Одним из этих городов был Нижний Новгород, правильно?

— Так точно, Нижний Новгород. Какой же был другой город? Я не помню... Знаете, они все уже перемешались... Итак, полночь. Мы закончили шоу к 10-ти вечера или вроде того, затем мы сели на поезд, где-то в 11-30 ночи. Кто-то принес и открыл бутылку шампанского, и у нас был торт. Мы все – я и группа, и техники, и остальные кто был с нами – мы выпили немного шампанского, попробовали торт. А затем мы попытались хоть немного поспать. Проснулись в 3 утра, сошли с поезда... Вот это был мой день рождения, мой 60-й день рождения (смеется). И каждый потом спрашивал: “Надеюсь, ты здорово отпраздновал 60-летие?” – “Да, конечно, это было замечательно!” (смеется).

Это по-настоящему профессионально, знаете ли – так встретить свое 60-летие и не заботиться об этом. Отличный способ! (смеется)

— Хотя в ином случае можно было просто сказать, что я пытался забыть об этом.

Хорошо, вы только что выпустили превосходный, изумительный альбом “Time Traveller”, о котором мы будем говорить...

— Спасибо большое!

“Chasing Cars”. Было ли в этой песне у вас намерение сделать что-то совершенно новое, сделать новое звучание?

— Да, я думаю, я пытался проделать это со всем альбомом, потому что... Я имею в виду, что, прежде всего, это очень необычное дело – решиться делать альбом каверов, потому что ты начинаешь размышлять – должен ты это делать или не должен... Впервые я задумался о таком альбоме в 1991 году, и как-то я даже нашел у себя список песен для него. У меня даже было придумано название для альбома – “Under The Influence”. Как ни странно, впоследствии Status Quo сделали такое – несколько лет назад они выпустили подобный альбом и назвали его именно так. Поэтому с этим названием для меня было кончено. А потом у меня никогда не получалось вернуться к этой идее. И вот, где-то полтора года назад, я, наконец, решился – когда люди со звукозаписывающей компании сказали мне: “Вы должны сделать альбом каверов”. И я подумал – не знаю, не уверен, правильное ли это решение. Как бы то ни было, мы это сделали. Но главным делом, как вы заметили, было сделать все песни по иному, убедиться в том, что я мог бы попытаться сделать их отчасти моими песнями, а не просто скопировать оригиналы. И на самом деле, это то, что мы постарались сделать со всем альбомом.

И вам это блестяще удалось!

Как насчет песни “Be My Baby”, когда вы её услышали?

— О мой Бог, впервые я её услышал давно, в 60-х. Это было в исполнении Ronettes Фила Спектора, и имело их типичное звучание... Честно говоря, мне бы никогда не пришло в голову делать эту песню. Это всё мой продюсер, с которым я работал – Ларс Педерсен, парень из Дании. Мы обменивались идеями, я посылал ему свой список песен, довольно многое из которого оказалось на альбоме. И как-то он сказал мне – а как насчет “Be My Baby”?.. Я ответил – ну, “Be My Baby”, знаешь ли, как же можно за это браться, это же Ronettes?.. Он мне возразил – ну почему, давай просто обойдемся акустическими гитарами и сделаем это как песню Smokie. Я сказал – о’кей, давай посмотрим. Итак, мы сделали вариант, и я думаю, что в итоге это получилось хорошо.

Крис, а как насчет Майка Олдфилда?

— Ну, это та песня, про которую все мне говорили, что “ты не можешь делать эту вещь”. А я возражал – почему нет? Это замечательная песня. Я имею в виду, это всегда была песня, так сказать, с женским вокалом, как и “Be My Baby”. Но дело в том, что я не хотел делать песни, которые уже и так звучали похожими на мои. Кто-то говорил мне: “О, знаешь, что ты мог бы исполнить? Ты мог бы спеть песню Бонни Тайлер “It’s A Heartache”. Я сказал, что если я сделаю это, то это будет звучать так, словно я копирую Бонни Тайлер! Потому что мне не приходит в голову любой иной способ исполнения этой вещи, иначе как это уже сделала она, или подобные ей исполнители. Поэтому я не хотел это делать. Я лучше бы выбрал кого-то, кто совершенно не похож на меня и сделал бы это, знаете ли. “Moonlight Shadow” всегда мне нравилась, это всегда было замечательной песней, я до сих пор люблю её оригинальную версию, мне до сих пор нравится версия Мэгги Рейли. Со всем этим – (напевает)... и немножко гитар, и эффекты эха, и эти вокальные вещи – “moonlight shadow-shadow”, это было так здорово... Но в своей версии я избавился от всего этого, и просто снова, просто прошелся по ней, подумав – о’кей, мы просто попробуем сделать всё возможное. Мы споем это так, как я обычно пою, и посмотрим, что получается. Не знаю, получилось ли это отлично или хорошо, или еще как... Знаете, сейчас трудно это сказать, потому что ты еще близок к этому. Но я думаю, что всё хорошо, и определенно стоило это издавать.

“19th Nervous Breakdown” от Rolling Stones – я хочу сказать, что требуется немало мужества, чтобы сделать кавер на мелодию Rolling Stones, неправда ли?

— Ну, вы знаете, я оставался в стороне от действительно великих их песен – я не делал, например, “Honky Tonk Woman” или что-то типа того. Мне нравится эта песня, и мы обычно её играли, когда я был еще в школе, когда только начинали, думаю это было где-то в 1965-66 гг. И когда у меня была первая школьная группа, мы играли её в том же виде, как делали это The Stones. В общем, эта песня всегда мне нравилась. Но это опять же был тот случай, когда нам надо было найти другую манеру её исполнения, и мы сделали немножко как... ну как бы вы это назвали?... как вещь в стиле рокабилли. Очень похоже на рокабилли – (напевает), с барабанными штучками типа “shuffle”. И это звучит здорово, мне это нравится. В ней так много энергии. Знаете, когда мы это записывали – вся группа просто “зажигала”. Это было просто замечательное ощущение, мы сыграли её 2 или 3 раза, и оно нас не покидало, я имею в виду – на каждом дубле все музыканты вновь “рок-н-роллили”. Так здорово!

...И Primal Scream!?

— Да! Здесь, в Германии, не так много людей знает эту песню. Но она была довольно большим хитом в Англии в одно время, несколько лет назад, думаю в 2005 или 2004-м. Я помню, что слышал её по радио в Англии очень часто, и мне казалось тогда, что она звучит как The Rolling Stones, эта их версия “Country Girl”. Моей жене очень нравилась эта песня, она всегда говорила: “Ах, как мне это нравится...”. И сначала моей реакцией было: “Да брось ты, они же копируют The Stones!...” , я ведь рос на них, знаете ли. Так что это была просто еще одна вещь, которую мне захотелось сделать. Мы немного её замедлили, сделали её отчасти немного более блюзовой. Знаете, это замечательная песня – на самом деле, она также из разряда тех, что просто сделались сами собой, как только мы к ней приступили.

Что для вас значит Марк Болан?

— Ну, он был, так сказать, одним из королей глэм-рока – он, Дэвид Боуи и еще несколько человек... думаю, Элтон Джон тоже был отчасти среди них, он начал немного раньше, но... В общем, они были частью этого дела, и мне что-то из этого нравилось. На самом деле, это не было тем, чем я сильно увлекался, но это было хорошо. Я встречал Марка Болана пару раз, поскольку они все еще были популярны, когда мы уже выступали с концертами и участвовали в ТВ-шоу в Англии. Очень славный парень, очень, очень приятный человек. Ужасно то, что произошло с ним потом... И однажды при встрече я ему сказал: “Мне очень нравится “Get It On”, знаешь, это моя любимая песня у тебя” – “О, спасибо, парень!”. Он был очень доволен этим, вел себя очень просто. А причиной того, что я сыграл её на альбоме, послужило то, что мы часто играли её на саундчеках перед концертами. Нам порой нравится играть 12-тактовый блюз – просто для того, чтобы настроить звук и баланс и т.п. – прежде чем мы перейдем к песням, которые возможно прозвучат в концерте. Мы как бы входим в дело... И однажды мы играли что-то типа 12-тактового блюза в тональности “ля” (напевает), и я начал петь: “Well you're dirty and sweet, clad in black...”, т.е. начал петь “Get It On” на эту музыку... И это звучало здорово, знаете ли. Потому что мы играли это более блюзово, а в промежутках гитарист вставлял понемногу эти блюзовые гитарные фразы. И я подумал – это же здорово! Впоследствии мы играли эту вещь еще несколько раз. Тогда я подумал, что если мы таки будем делать этот альбом, то возможно я должен попробовать эту песню. И сделать её в блюзовом ключе. Вот это то, что мы сделали, мы убрали из неё звучание рока 70-х, эти глэмовые штучки, и сделали это подобным 12-тактовому блюзу.

Песня, которая завершает альбом – это песня группы Green Day. Я думаю, это идеальная вещь для окончания альбома... Когда я читаю список песен, то вижу, что вы на самом деле не прекращаете слушать современную музыку, новую музыку.

— Действительно нет. Видите ли, у меня дети, они молодые, по 20 с чем-то лет. А они слушают музыку постоянно. Поэтому я получаю эту подпитку от них, и слышу весь этот материал от каждого. Знаете, появляются ведь какие-то замечательные вещи. Меня порой бесит, когда люди говорят: “Ах, это уже не так хорошо, как это было раньше, бла-бла-бла...” – это просто потому, что мы стареем. Знаете, мы просто другое поколение, и это всё чепуха, потому что и сегодня издаются прекрасные вещи.

В любое время существует отличная музыка – это то, что я усвоил.

— Да, я абсолютно согласен. И я думаю, что эта песня Green Day, вернее то, как они её исполнили... Поскольку они рок-группа, это было что-то вроде... Она начинается медленно, под гитарное вступление, а затем звучание становится очень тяжелым (напевает), и так до конца. А я просто как-бы “раздел” её обратно и подумал – ну, на самом деле, ведь эта песня – это эмоциональная баллада. И неважно, что вы с ней делаете. Я где-то читал, что песня была написана о его отце, который умер несколько лет назад. Поэтому, я и решил сделать её таким образом. И знаете, на самом деле, мы записали её живьем. Фортепиано рядом со мной, через небольшую стеклянную перегородку между нами – фортепиано и вокальный микрофон. Я просто встал к нему, и мы сделали это вживую. Пианист следовал за мной, когда я делал вдох, и он знал и видел, когда я собираюсь вступить вновь. Мы сделали 4 дубля, и в итоге использовали самый первый – он просто был самым “свежим”. Единственное, что мы сделали потом – только добавили виолончель во втором куплете. Такой отличный получился дубль, это было самой быстрой записью, которую я когда-либо делал! (смеется).

“Разбуди меня, когда закончится сентябрь”. Вероятно, я разбужу вас, когда закончится сентябрь, потому что вам пора будет начинать свой тур сразу после этого?

— Да, довольно скоро. Я бы хотел проспать до этого времени, было бы неплохо. Я посплю после... (смеется)

 
© Радио “hr1” (Германия)
 
*   *   *
 
Интервью для “meinAnzeiger.de” 06.07.2011
(ведущий – Axel Heyder)
 

Вы в деле уже так много лет. Что заставляет ваш “двигатель” работать?

— Мне просто нравится то, что я делаю. И пока я выпускаю новые диски, я продолжаю получать удовольствие. Если бы я только бродил по свету, играя лишь старые песни, как делают некоторые другие музыканты, я бы наверное уже давно остановился.

Помните ли вы все песни, которые когда-либо записали?

— За все эти годы я записал так много песен, просто невозможно помнить их все. Вы забываете целые пассажи. Иногда даже бывает, что люди просят от меня какие-то песни, а я спрашиваю их: “Вы уверены, что это моя песня”? Мне особенно запоминаются песни, которые что-то значат для меня.

Есть ли кто, с кем бы вы хотели спеть дуэтом?

— На самом деле, я не так заинтересован в дуэтах. Но Тина Тернер была бы на первом месте в моем списке. Эрик Клэптон, я хотел бы сыграть вместе с ним, он великий гитарист. Также было бы интересно сделать песню с этой молодой леди по имени Элен Фишер (Helene Fischer). Недавно я видел её по телевизору. Я ничего не знаю о ней, кроме того, что немцы называют её “певицей шлягеров”, но мне кажется, что она что-то вроде немецкой Селин Дион.

Вы получили так много наград, но какие ваши мечты не сбылись?

— Smokie никогда не имели в Америке “альбом №1”. Об этом можно было бы мечтать, но этого не произойдет. Или, по крайней мере, я хотел бы сыграть один большой тур по большим залам в США.

Что было причиной этого?

— Ну, возможно с точки зрения сегодняшнего дня, это было ошибочным, но для американцев есть только один Смоки. Когда они говорят о Смоки, имеется в виду Смоки Робинсон. Я испытал это на себе, когда я сделал как “Крис Норман” песню с Сюзи Кватро. Она легко стала хитом. Как сольный артист в то время я отказался от многих предложений из Штатов. С позиций сегодняшнего дня, это, вероятно, тоже было ошибкой. Моя карьера могла бы сложиться совсем иначе. Но в целом я очень счастлив, в действительности не так много осталось того, о чем я все еще мечтаю.

А вы когда-либо замечали, что в вашем голосе есть нечто особенное?

— О нет, люди так говорят, но для меня наиболее значимым является то, что у меня есть определенное музыкальное понимание, и это всё. Когда я услышал первый комментарий на пластинку Smokie, и пресса говорила о характерном звучании Криса Нормана, то я даже не знал, что они имеют в виду. Для меня мой голос звучит нормально. Я даже не знаю, почему людям он нравится. Я совсем не слышу этого.

Ваш нынешний альбом называется “Time Traveller”. Если у вас была возможность совершить путешествие во времени, то в какую эпоху вы бы отправились?

— О, это хороший вопрос. Меня интересует история, так или иначе. Таких времен было бы много. Во-первых, я хотел бы посмотреть, что я делал, будучи молодым человеком в ранние годы Smokie. Или даже пропутешествовал бы в 50-е и 60-е годы, чтобы увидеть, каким я был в детстве и юности. Кроме того, меня также привлекает время двух мировых войн, а также первые дни 19 века. Или эпоха, когда у власти был королева Виктория.

 
© “meinAnzeiger.de” (Германия)
 
 
 Подготовка текстов – Annie & Stranger
© 2011  www.chris-norman.ru